До Форума
 

Дайджест 139

12 ноября 2020 Подписаться

Круглый стол «Работа в пост-пандемийный период в юридическом мире Сити Лондона»

Что происходит в юридической профессии, когда традиции спотыкаются о «новое нормальное»? 20 ноября в 14:00 (МСК) мы приглашаем Вас открыто и искренне обсудить вызовы, которое бросает это непростое время, и прогнозы на то, как они изменят работу юриста в ближайшее время.

Два партнера и один консультант ведущих юридических фирм сфокусируются на отношениях с клиентами и обсудят реальность работы вне офиса:

  • Алиса Графтон – Английский нотариус-Скривенер и партнер фирмы Cheeswrights LLP
  • Артем Дудко – Партнер и глава практики по разрешению споров, связанных с Россией и странами СНГ в рамках Лондонского отдела по спорам и рискам международной юридической фирмы «Осборн Кларк LLP»
  • Сергей Островский – Старший советник и глава Группы по России и СНГ, Ashurst LLP

► Зарегистрируйтесь и участвуйте в дискуссии!




Вебинар LF Talks: особенности работы со сложными клиентами

Не пропустите 23 ноября в 16:00 (МСК) вебинар «Когда юристу приходится быть переговорщиком: беглый взгляд на проблемы взаимодействия с клиентом»! Зарегистрируйтесь, чтобы задать свой вопрос доценту кафедры психологии кризисных и экстремальных ситуаций факультета психологии СПбГУ Михаилу Брилю и обсудить:

  • Этапы установки контакта с клиентом
  • Основные типы поведения и стратегии, предпочитаемые клиентом в разрешении юридических споров
  • Эмоции клиента и реакции на них специалиста



Как юристу не поплатиться добрым именем?

Выполняя свой профессиональный долг и выступая щитом для своего клиента, адвокат нередко сам оказывается на скамье подсудимых. В ходе вебинара Светлана Мальцева, адвокат, советник АБ «Забейда и партнеры» рассмотрит актуальную судебную практику и даст советы, как не стать заложником в отношениях «адвокат-подзащитный». Присоединяйтесь к прямому эфиру 1 декабря в 15:00 (МСК), чтобы разобрать:

  • Как избежать обвинений в неправомерности предлагаемых методов защиты
  • Как разглашение обстоятельств дела может влиять на имидж адвоката
  • Может ли размер адвокатского вознаграждения привести на скамью подсудимых






Совершенствование права на будущее: адаптация сферы образования и практики к определенной неопределенности современного мира

Ежегодно в рамках Петербургского Международного Юридического Форума проходят круглые столы, посвященные актуальным вопросам права. Акцентируя важность обсуждаемых тем и понимая высочайший уровень спикеров мы, при поддержке Генерального партнера ПМЮФ АО «Газпромбанк», продолжаем публикацию серии статей спикеров ПМЮФ.

Автор статьи Николас Аллард - Старший советник, Dentons. Он является ведущим преподавателем и юристом международного и национального признания в области высшего образования, государственной политики, взаимоотношений США с международными государственными органами управления, технологий и инноваций. Он был президентом (2014-2018), деканом (2012-2018), а также профессором права в Бруклинской школе права. Он также является старшим советником практики публичной политики в международной юридической фирме Dentons, офисы которой находятся в более чем 75 странах мира.

Сегодня мы публикуем первую часть статьи, продолжение – в следующем выпуске Дайджеста.

На протяжении всей истории существует множество примеров, куда можно применить высказывание драматурга Уильяма Шекспира о том, что «есть сладостная польза и в несчастье». Недавно Петербургский Международный Юридический Форум стал блестящим примером быстрой адаптации к беспощадной и исключительной по своей редкости пандемии, что заставило перенести подготовленную юбилейную программу Форума с мая 2020 года (в настоящее время X ПМЮФ запланирован на 18-24 мая 2021 г.). По срочной необходимости руководители, сотрудники и волонтеры ПМЮФ быстро сориентировались, организовали и провели 10-12 апреля 2020 г. чрезвычайно успешный промежуточный Форум, который полностью прошел в онлайн-формате. На 6 континентах более 300 000 участников из 102 стран смотрели и слушали выступления 120 спикеров-экспертов в рамках 23 деловых мероприятий, посвященных различным вопросам бизнес-среды. Виртуальные сессии были насыщены своевременными и информативными выступлениями спикеров на правовые тематики, связанные с кризисом в здравоохранении, вызванным COVID-19. Экстренно подготовленная программа мероприятия была занимательно названа «ПМЮФ 9 ½» и она превзошла все ожидания.

Успех ПМЮФ 9 ½ напоминает нам о том, почему, несмотря на то, что люди во всем мире сталкиваются с огромным количеством проблем и даже угрозами существованию каждого аспекта нашей жизни, у нас есть основания оставаться оптимистичными в отношении того, что юридическое образование и юридическая практика смогут адаптироваться и совершенствоваться, а не регрессировать и ухудшаться. Это объясняется тем, что те же самые силы, порождающие краткосрочные серьезные трудности, создают возможности для преподавателей и практикующих юристов быть одновременно еще лучше и полезнее, чем когда-либо, хоть и с помощью новых, значительно отличающихся от ранее использованных способов.

 

Изменение неизбежно, адаптация императивна

Проблемы, с которыми сталкиваются преподаватели и практикующие юристы, внушают страх и шокируют. В течение некоторого времени почтенная профессия юриста старается совладать с ускоряющимися изменениями, определенной неопределенностью и имеющимся риском, и все это вызвано технологическим сбоем, усиливающейся конкуренцией, силой клиентоориентированности и трансграничной, полицентричной природой нашего взаимосвязанного мира. Пандемия COVID-19 является ярким примером наших глобальных взаимосвязей и взаимозависимости. Она возникла в разгар экономического бума во многих частях мира, и в конечном счете последовала за длительным восстановлением после глубокой глобальной рецессии. Эта пандемия, хотя и не стала совершенно неожиданной, стала шоком для международных и национальных политических экосистем. Очевидно, что продолжающийся кризис в области здравоохранения усиливает давление на и без того истончающийся лед, лежащий в основе статуса-кво правовых норм, институтов и правовой деятельности в целом. С приставленным «вирусным револьвером» у нашей головы мы сейчас вынуждены в спешке вводить чрезвычайные изменения, которые мы ранее предпочли бы сначала изучить, распланировать, протестировать и постепенно внедрить (а может и не вводили бы и в принципе). Тем не менее, трансформационные правовые изменения неизбежны, это можно проследить и на примере Деловых программ ПМЮФ за несколько лет. То, как педагоги и практикующие юристы реагируют на изменения, имеет важное и решающее значение для будущего того, как мы работаем, характера нашей работы и средств к существованию. Это также важно и для самого общества, потому что закон существует не только для нас самих. Верховенство права было и может быть великим рычагом прогресса на пути к экономическому росту и возможностям, равенству, справедливости и миру.

Если последние годы были сложными в сферах юридического образования и профессии, то следующие 20 лет должны быть увлекательными для нового поколения юристов. Скорее всего, это будет связано с растущим признанием основополагающей роли права и юристов в нашей жизни. Это также будет период возрождения и изобретения того, как право исследуется, преподается, изучается в школе, знания непрерывно обновляются на протяжении всей карьеры, и как право практикуется для того, чтобы выполнить двойственную миссию профессии – служить клиентам и общественному благу. Обычное ведение бизнеса и жесткое сопротивление постоянному ускорению технологических, экономических, политических, климатических и других общественных обстоятельств больше не будут работать. На самом деле это формула провала. Так или иначе правовые изменения должны быть в лучшую сторону, а не просто ради перемен.

Юристы и преподаватели юриспруденции, как известно, адаптируются медленнее представителей других профессий. Для этого существует много веских причин. Помимо прочего, изучавшие юриспруденцию люди доверяют доказательствам, и мы ценим доказательную ценность аргумента о взаимных уступках, на развитие которого требуется время. Нам достаточно прецедента, и мы понимаем, что отступления от общепринятых принципов и практики могут стать разрушительными, иметь непреднамеренные последствия и могут быть непреднамеренно несправедливыми; особенно по отношению к тем, кто, возможно, полагался на обязывающую силу прецедента.

В достойном восхищения стремлении к совершенству и справедливости юристы скептически относятся как к педагогическому, так и к профессиональному «fad d’jour» (увлечению), что весьма здраво. Переход к новым программам и методам может быть очень трудным и медленным. Возможно, это в большей степени относится к преподавателям, чем к практикующим юристам, зачастую быстро приспосабливающихся к требованиям клиентов и тенденциям рынка. В академическом мире для введения изменений может быть трудно набраться сил и удержать со временем этот импульс из-за ритмической цепочки начала нового учебного года и сменяющих друг друга академических календарей. Преподаватели и сотрудники администраций учебных заведений непрерывно на протяжении одного учебного года за другим осуществляют привлечение, прием, выпуск и подготовку новых кадров для начала их карьеры в лице начинающих юристов. Статус-кво также опирается на вес общепринятой мудрости. Это не инновационный этос, а осмотрительное предпочтение того, что является испытанным, истинным и считается безопасным, а не риск того, что новаторская инициатива может потерпеть неудачу и навредить учреждению. Все эти факторы создают сильное бездействие, устойчивое к экспериментам и инновациям, потому что ученые не могут загнать весь корабль, представленный в виде имеющейся системы зачислений, учебной программы, процесса приема в ассоциации адвокатов и лицензирования, в сухой док, чтобы соскрести ракушки и переоборудовать судно. Вместо этого мы должны внедрять изменения в процессе работы на очень конкурентных и неустойчивых комплексных рынках, с которыми мы работаем. Однако в век разрушительных ускоряющихся изменений нам следует, и мы должны постоянно подталкивать себя к рассмотрению вопроса о том, какие улучшения мы можем сделать.

Практикующие юристы тоже могут адаптироваться по-своему несмотря на то, что потребности бизнес-клиентов подталкивают юристов идти в ногу с инновациями клиентов, их ожиданиями и быстро развивающимися практиками. Я хорошо помню, как выдающийся участник дискуссии на IX ПМЮФ, ведущий судебный юрист, полностью отказался от использования новых технологий в своей судебной практике и при подготовке новых адвокатов. Он отверг все подходы, кроме очного обучения, и признал, что это старомодные традиционные подходы к судебной работе, которые служили ему на протяжении многих лет. Очевидно, что на то, как он выполнял свою работу влияло его самоуважение и то, каким он видел себя в качестве адвоката. Он рассказал, и здесь я перефразирую лишь чуть-чуть, что, хотя он сам не понимал и не пользовался новыми технологиями, он был уверен, что они не могут быть настолько хороши, как то, что он делал в течение многих лет.

Относясь к этому с пониманием и уважением, такой анахроничный взгляд на жизнь не особенно полезен в реалиях правового мира XXI века. Именно поэтому нам нужна смена мировоззрения. Таким был урок, извлеченный из сессии VIII ПМЮФ, которая была посвящена весьма актуальным текущим вопросам о том, заменят ли роботы людей. Полученным выводом по итогам дискуссий экспертов того Форума стало признание того, что, да, большая часть работы и даже многие задачи юристов будут автоматизированы, оцифрованы или выполнены роботами. Машины действительно отнимут у людей работу и рабочие места. Однако технологии в то же время создадут новые виды работ и новые рабочие места для юристов. Хорошая новость заключается в том, что мы также должны ожидать, что юристы будут освобождены от работы, которую могут выполнять машины. Юристы получат намного больше интересной, достойной юридической работы, они будут заниматься, например, анализом, консультированием и адвокатской деятельностью. Во время адаптации юристы смогут и должны будут определить наилучший способ использования новых технологий в соответствии с нормами общества, сами выполнять и дополнять то, что не могут сделать технологии, а также сделать право соответствующим для присущих уникальных элементов человеческой природы, которые нельзя запрограммировать. Длинный список человеческих добродетелей и пороков будет поддерживать востребованность юристов-людей, он включает в себя: способность к получению знаний, мудрость, цель, абстракции, творчество, непредсказуемость, любовь, дружба, сострадание, сочувствие, радость, грусть, физическая и душевная боль, вдохновение, преданность, щедрость, жертвенность, удивление, ошибки, лень, самодовольство, упрямство, иррациональность, обман, подлость, предвзятость, фанатизм, ненависть, отклонение от нормы, антисоциальное поведение, болезнь, смерть и, конечно же, вера, надежда и филантропия. Кроме того, существуют универсальные желания человечества к наличию отношений, свободы, неприкосновенности частной жизни, благополучия и безопасности. В конце концов, право развивалось с помощью метафоры, путем сравнения разнородных вещей. В США, например, именно так деликтное право и закон о неприкосновенности частной жизни медленно произрастали из прошлых дел и привели к появлению статутов. Использование метафоры – это одна из способностей, которая выходит за рамки возможностей роботов. Другая особенность – красноречие, что забавно отметил в моем отношении очень уважаемый зритель Пленарного заседания VIII ПМЮФ, сказав, что я смогу переговорить любого робота.

На VIII и IX ПМЮФ также признали, что перспектива изменения новыми технологиями нашей системы работы стара как мир; ничто не ново под луной, как когда-то давно говорил проповедник. Новизна нашей современной жизни заключается в том, что технология в первую очередь привела к значительному расширению связей, которые позволяют наладить более тесное взаимодействие между людьми и организациями повсеместно. Затем эффективность аппаратного и программного обеспечения позволила нам делать практически все быстрее, дешевле и лучше. Затем значительное расширение доступного поиска данных и хранения информации привело к тому, что машины и мы все стали умнее и более информированными, чем когда-либо. Сейчас, в новую эпоху открытий, мы переживаем все более глубокое проникновение технологии в каждый аспект нашей жизни, вплоть до того, что она становится практически нашей второй натурой; как, например, голосовая активация наших домашних электронных помощников, которые получают команду и выполняют работу по дому вместо нас, и сенсорные бытовые приборы, автомобили и даже одежда, которые определяют, что и когда мы хотим, чтобы они предугадывали это прежде чем мы даже задумаемся об этом.

Тема IX ПМЮФ исследовала, как право будет продолжать развиваться перед лицом таких технологических чудес. Тема Форума «Право как искусство» служила демонстрацией и содействовала пониманию того, как настойчивое искусное человечество из сферы права может и должно продолжать свою деятельность. Для того чтобы это произошло, юристам будет полезно адаптироваться быстрее, лучше и чаще, чем когда-либо за всю историю существования мира.

Вам в этом помогут два очень простых и сильных вопроса. Первый: «Почему?», «Почему мы делаем то, что мы делаем так, как мы это делаем?» и второй: «Можем ли мы сделать лучше?». Отвечая на эти вопросы, мы часто сталкиваемся с очень хорошим обоснованием статуса-кво. В то же время полезно бросить себе вызов и задаться вопросом, действительно ли невообразимо делать что-то иначе.

«ДУМАЙ!» было единственным словом, написанным огромными черными буквами на большом белом плакате в лаборатории моего любимого тестя Эфраима (Эфа) Либермана. Его обожаемые внуки описывали этого нежного, блестящего, изобретательного физика-ядерщика как некто среднего между Альбертом Эйнштейном и Лягушонком Кермитом (зеленой мягкой игрушкой из их любимого телешоу). Эф был серийным новатором и предпринимателем, который был увлечен высвобождением силы атомов для развития общественного здравоохранения с помощью ядерной медицины и диагностики. Он упрямо и стойко переносил неудачные эксперименты, бюрократическую инерцию, а также корпоративные и нормативные препятствия на пути к разработке новых медицинских тестов и методов лечения. Присутствуя на заре атомной эры, исследователь в Окридже, штат Теннесси, а позднее пионер в области ядерной медицины, он хорошо знал об опасностях атомной энергии, ее потенциале к ненадлежащей эксплуатации и причиняемом ею вреде. Он и его коллеги ежедневно работали с опасной радиацией, ядовитыми материалами, такими как ртуть, и даже в какой-то момент доили ядовитых змей в поисках способов доставки их диагностических изотопов к тем частям тела, которые нуждались в медицинской визуализации. Эти ученые понимали риски и необходимость с большой осторожностью обращаться с материалами, разрабатывать, тестировать и делать новые безопасные и эффективные продукты доступными для врачей и пациентов. Тем не менее, они энергично продолжали работу.

Я не могу выкинуть из головы простое и мощное наставление Эфа «Думай» в такой исторический момент, когда юридическое образование и сами юристы, как и любая другая часть нашей перевернутой наизнанку жизни, сталкиваются с такими огромными трудностями и возможностями. В то время, когда юристы должны быть одновременно изобретательными и точными, как ученые, нам всем необходимо думать. В юриспруденции мы должны мыслить целенаправленно, творчески и думать, внося изменения на основе наилучших имеющихся, но, скорее всего, неполных доказательств. Мы должны думать о том, как разумно управлять рисками, а не верить в то, что избежать риска можно только бездействием. Нам нужны лидеры в области права, которые собирают команды из различных людей во всех смыслах этого слова, которые применяют в решении проблем различные таланты и точки зрения. Мы должны понимать, что адаптация – это динамичный непрерывный процесс обучения на основе опыта и корректировки, а затем перераспределения и снова корректировки, снова и снова, раз за разом. Это похоже на конструирование самолета во время полета, а затем его превращение в передвижной зал судебных заседаний.

В разгар пандемии фирмы адаптируются удивительно хорошо. С поразительной быстротой и мастерством многие из них успешно перешли на предоставление дистанционных юридических услуг. Я знаю по собственному опыту в качестве сотрудника фирмы, что многие юристы также извлекают пользу из постоянного внутреннего общения с коллегами, работы в команде и обучения, одновременно создавая огромный объем внешних материалов и информации для существующих и потенциальных клиентов. Удивительно, но я вижу, как юристы признают необходимость и оказывают больше чем когда-либо волонтерской помощи обществу, которая включает в себя, но не ограничивается, безвозмездной юридической работой.

Суды перешли к дистанционному рассмотрению дел, проведению некоторых типов слушаний и другим изменениям, не требующим личного присутствия адвокатов. Даже Верховный суд Соединенных Штатов проводил виртуальные устные слушания. Такие суды, как суды второго округа Соединенных Штатов, также привлекаются к работе, содействуя гражданскому образованию с целью улучшения понимания общественностью того, как должна работать система правосудия.

Юридические факультеты заняты совершенствованием дистанционного обучения, его тестированием и пытаются обеспечить основанную на опыте или практическую подготовку, обязательно соблюдая при этом медицинские протоколы. Они отменили или провели виртуальные церемонии вручения дипломов и актовые дни, и с беспрецедентной скоростью вносят множество других изменений.

На самом деле все изменения, произошедшие на сегодняшний день, – это только начало того, чего следует ожидать: ускорения преобразования профессии юриста и того, что они делают. Без сомнения, будущая роль юристов в обществе будет, по крайней мере, такой же захватывающей и важной, как это было в истории всегда.

Вызывающая раздражение песчинка заставляет устрицу сформировать жемчуг: что-то новое, необычное и прекрасное. Именно от преподавателей и практикующих юристов зависит то, как использовать импульс существующего сегодня кризиса общественного здравоохранения – ужасной чрезвычайной ситуации, которую никто в здравом уме себе бы не пожелал – обновить и укрепить нашу профессию, чтобы лучше служить обществу, нашим общинам, нашим странам и всему миру.

Закон существует не для прошлого, и он еще не наверстал настоящее. Принятие ценности непрерывной адаптации преподавателей и практикующих юристов может помочь преобразовать «Право на будущее».